Откровения тяжело-больных

Чин причащения больного на дому

Православная Церковь, освящая и укрепляя нас таинствами и молитвами в продолжение всей нашей жизни, не меньшее попечение прилагает о нас и тогда, когда мы подвергаемся различного рода тяжелым болезням и недугам или стоим уже у врат вечной жизни.

С древнейших времен церковными правилами (Первый Вселенский Собор, 13 пр.) определено, чтобы никто из отходящих из этой жизни не был лишен причащения Святых Таин как последнего и важнейшего напутствия. Поэтому больных, которые не могут прийти в храм для причащения, Церковь позволяет причащать Святых Таин на дому, и даже после вкушения пищи, чтобы кто не умер без причастия. В Требнике помещен «чин, егда случится вскоре вельми больному дати причастие» (Большой Требник, гл. 23 и Малый Требник).

Священник Православной Церкви должен особое иметь попечение о вечном спасении больных. Это одна из самых важных и в то же время самых трудных обязанностей священнического звания.

Священник, позванный к постели умирающего, напутствует его в вечную жизнь спасительными Тайнами Тела и Крови Христовых. Приобщение больного Святых Таин может послужить как духовному, так и телесному его врачеванию.

Нигде так не проявляется сострадание и любовь священника к пасомым, как у постели больного. Посещение больных принадлежит к числу самых утешительных обязанностей священника и делается неисчерпаемым источником благословения и благодарности со стороны страждущего, получившего успокоение, утешение, воодушевление и подкрепление через исповедь и приобщение Святых Таин, и чрез слово пастыря, исполненное духом любви, участия и сострадания к больному.

Вместе с тем священник своим посещением больного должен способствовать той цели, которой Бог хочет достигнуть, испытывая больного скорбями и болезнями как средствами спасения и вразумления, соответственно его внешней и внутренней жизни и духовному состоянию.

От самого священника, посещающего больного, много требуется знания человеческого сердца, такта и благоразумия, много терпения и любви, равно энергии и живой ревности к делу Божию для достижения несомненной духовной пользы при посещении больных. Скромность (особенно относится к молодым священникам), кротость и смирение, участие к горю и страданиям в соединении с ласковостью, отсутствие брезгливости, выдержка и спокойствие, мудрость, христианское благоразумие и осмотрительность в слове и наставлении больному, и многие другие личные качества должны быть у священника как утешителя и духовного отца своих больных духовных чад. При посещении больных только молитва доставляет священнику истинную бодрость, делает его кротким, терпеливым и любвеобильным. Молитва о себе и о больном.

Священник должен тщательно блюсти, чтобы, будучи позван к тяжелобольному, своим отказом или замедлением не лишил умирающего больного последнего и спасительного напутствия Святыми Тайнами. Великий грех на душе священника, если больной, по его вине, отойдет в загробную жизнь без принятия Святых Тайн.

Больные обычно причащаются запасными Святыми Дарами, заранее приготовленными и хранящимися в дарохранительнице (св. кивоте) на престоле. Для причащения больного священник в епитрахили и поручах с благоговением берет частицу Святых Даров (по числу больных) из дарохранительницы и полагает в особый ковчежец, употребляемый при причащении больных; ковчежец же вкладывается в дароносицу. Дароносицу священник, идя к больному, должен нести на своей груди, с подобающей таинству честью, в сумочке, при помощи ленточки надеваемой на шею.

Придя в дом больного, священник обыкновенно расстилает покровец (воздух) на столе, покрытом скатертью, одевает поручи и епитрахиль, на воздух полагает дароносицу, возжигает пред ней свечу и, сделав пред Святыми Тайнами поклон, приступает к совершению священнодействия. «Приемлет иерей, — говорится в Требнике, — (лжицей) часть от Святых Таин, влагает в (маленький) потир и вливает мало вина, якоже мощно больному удобь прияти то».

После этого священник творит возглас: «Благословен Бог наш», читает обычное начало, по «Отче наш» читает «Верую», и после молитвы Святому Духу, — еще 3 молитвы. Во всех этих молитвах Церковь от лица больного умилостивляет Господа, исповедует правую веру и недостоинство готовящегося причаститься, призывает Святого Духа, очищающего нас от всякой скверны, и произносит молитвы об отпущении грехов больному и о достойном принятии Святых Таин. Последняя из этих молитв особенно умилительна для больного многократным призыванием Господа (читается лицом к больному): «Господь Бог премилостивый да ущедрит тя. Господь Иисус Христос всякая прошения благая да подаст тебе. Господь Всемогий да избавит тя от всякия напасти. Господь да научит тя. Господь да вразумит тя. Господь да поможет ти. Господь да спасет тя. Господь да защитит тя. Господь да очистит тя… и прощение грехов да подаст тебе. Господь Бог Иисус Христос в день Судный да помилует тя и благословит тя во вся дни живота твоего».

Если больной прежде этого не исповедовался, то священник исповедует его наедине, и после этого читает молитву о кающемся: «Господи Боже наш», после которой произносит разрешительную молитву таинства Исповеди: «Господь и Бог наш Иисус Христос» (см. чинопоследование исповеди) и, пригласив обязательно домочадцев, тотчас причащает больного.

Пред причащением больного священник обыкновенно произносит: «Со страхом Божиим и верою приступи» и читает молитву «Верую, Господи, и исповедую. », которую больной повторяет за священником. При приобщении произносит: «Причащается раб Божий (имя) Честнаго и Святаго Тела и Крови. ».

После причащения читается: «Ныне отпущаеши», Трисвятое, Отче наш, тропарь дня и Богородичен, и творит священник отпуст настоящего дня.

Тяжелобольных допускается причащать без соблюдения правила, положенного для приготовления ко св. Причащению, даже после вкушения пищи, но не иначе, как после исповеди. Но при возможности больные, так же как и здоровые, воздерживаются от принятия пищи пред причащением.

Обычай во всякое время причащать больных на дому имеет свое основание в практике древней христианской Церкви. Еще святой мученик Иустин (II в.) засвидетельствовал, что Святые Дары после приобщения всех присутствовавших при совершении литургии были посылаемы чрез диаконов к не бывшим в церкви. Не менее древне и то обыкновение, что присутствовавшие при богослужении уносили с собой некоторую часть Святых Даров для ежедневного причащения. В Постановлениях апостольских заповедуется диаконам, чтобы остатки Святых Даров вносили в особые отделения при алтаре (ластофории) и относили для причащения к отсутствующим, как-то: больным, заключенным в темницах ради имени Христова и проч. Обычай напоять Тело Христово Святою Кровию для причащения в домах прежде всего возник в египетских странах, как видно из послания папы Юлия к египетским епископам; а отсюда этот обычай перешел на всю Восточную Церковь.

В древней Восточной Церкви не было особого краткого чина причащения больных, так как и обычное последование ко святому Причащению, заменой которого служит чин причащения больных, в древности отличалось краткостью. В первый раз такое чинопоследование было составлено частным лицом, неизвестным автором, италийским греком, во второй половине VII в. Однако это последование, отличавшееся сложностью и законченностью, не было внесено ни в греческие Евхологии, ни в славянские Требники, хотя в Италии имело широкое употребление.

Помещенный в Требнике чин причащения больных произошел в Русской Церкви. Начало ему положено в ответе Новгородского епископа Нифонта Кирику (XII в.), хотя в нем и не указываются определенно все молитвы. В ответе Нифонта этот чин излагается так: после начального возгласа священника «Благословен Бог наш» и начальных молитв читается Символ веры, молитва: «Вечери Твоея тайныя», Слава: Царю Небесный. И ныне: Богородичен, Господи помилуй (40 раз), молитва пред причащением и самое причащение.

Этот устав причащения «вборзе» печатался отдельно в богослужебных книгах, начиная с XVI века. Две молитвы, входящие в состав нынешнего чина причащения больных, заимствованы (с некоторыми изменениями) из последования ко святому Причащению.

Третья молитва читалась в качестве разрешительной в русских чинах исповеди дониконовского времени и, кроме того, читалась священником пред совершением литургии. Молитва, читаемая теперь после исповеди больного: «Господи Боже наш, Петру и блуднице слезами грехи оставивый» — была разрешительной после исповеди в древних греческих чинах исповеди.

Существующий ныне чин причащения больных напечатан в первый раз в московском Служебнике в 1602 г . с острожского издания. В употребляемом сейчас Требнике этот чин напечатан в 1687 г ., и с этого времени он остается неизменным до настоящего времени и общеупотребителен во всей Русской Церкви (Излагается по учебному пособию Нестеровского. Литургика, ч. 2.1).

Приготовление запасных Святых Даров для причащения больных обыкновенно совершается в Великий Четверг, потому что в этот день воспоминается само установление Божественной Евхаристии, но это приготовление может быть совершено и во всякое другое время.

В тех церквах, где литургия совершается ежедневно, частицы Святых Даров для причащения больных могут быть оставляемы в дарохранительнице от одной литургии до другой, каждый день обновляясь, заменяясь новыми (прежние же частицы потребляются на литургии).

Для приготовления запасных Даров приготовляется и поставляется на дискосе второй большой Агнец, рядом с первым, причем приготовляется с произнесением тех же проскомидийных слов, как для Агнца, предназначенного для совершения литургии. Освящение (совершительные слова) обоих Агнцев на литургии совершается вместе (а не порознь).

После освящения Даров, после возгласа «Святая святым» пред причащением, священник берет (в левую руку на губу) Агнец, приготовленный для запасных Даров, и понемногу лжицей, в местах крестообразного разреза, напояет его Кровию Христовой, держа над потиром. При этом требуется большая осторожность и внимание, чтобы не перемочить Святой Агнец и как бы от излишества не упала куда-нибудь капля Святой Крови. Напоенный Кровию Агнец полагается на престоле в кивот или дарохранительницу до окончания литургии.

Точно таким же порядком приготовляются Агнцы для литургии Преждеосвященных Даров. Разница только та, что для приготовления запасных Даров от священного Агнца отделяются частицы: НИ и КА, а оставшиеся две частицы: ИС — опускается в потир, другая — ХС — разделяется для приобщения священнослужителей.

По окончании литургии священник развертывает антиминс, а на него поставляет дискос, затем, поклонившись Святым Дарам, вынимает из дарохранительницы Святой Агнец и полагает его на дискосе. После этого вокруг престола он совершает крестообразное каждение, творит пред престолом подобающее поклонение, после чего раздробляет Агнец на малые частицы со всяким благоговением.

Раздробив Агнец, священник берет чистый, плоский камень или кирпич и полагает его справа от себя с краю антиминса; на этот камень устанавливается чистый новый сосуд (горелка) с горящим древесным углем. Поклонившись Святым Тайнам, священник берет дискос с лежащими на нем раздробленными частицами Даров и ставит на сосуд или держит в руке над сосудом с горячими углями и таким образом постепенно просушивает Дары, переворачивая их копием, чтобы не пригорели. Когда дискос нагреется, священник снимает его и ставит на антиминсе или на покровце, чтобы не подгорели частицы; когда дискос немного остынет, опять ставит его над сосудом с горящими углями.

Сухие Святые Дары полагаются в св. кивот дарохранительницы и хранятся на престоле. Держать Святые Дары священнику на дому воспрещается (см. Учительное известие и др.).

Периодически — один раз в 3 дня или в неделю — священник с должным благоговением осматривает Божественные Тайны, хранимые в кивоте. Если Святые Тайны отсырели, их просушивают, поставив с кивотом на развернутом антиминсе. Если по небрежности священника Святые Тайны будут попалены при высушивании или подверглись порче при хранении, то их должно потребить на жертвеннике после литургии вместе с остатками вновь освященных Божественных Таин.

В настоящее время во многих храмах существует следующая практика приготовления запасных Святых Даров.

После возгласа «Святая святым» и приобщения священнослужителей частицы НИ и КА заготовленного большого Агнца раздробляются на многие частицы на втором дискосе. Затем на каждую частицу лжицей отделяется по капельке Святой Крови. После этого на дискос с раздробленными частицами ставится звездица и накрывается сверху покровцем. Дискос с частицами оставляется на престоле до конца литургии. После литургии с краю развернутого антиминса на престоле

поставляется чугунок на треножнике, до половины наполненный горящими углями, а на перекладине (крестовине), сверху чугунка, ставится дискос и совершается высушивание частиц, — частицы переворачиваются копием, чтобы не подгорели.

На случай, если указанных приспособлений нет в храме, может быть удобно употреблен следующий способ просушивания Святых Даров над свечой.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  Прыщ в ухе

На краю развернутого антиминса расстилается на престоле воздух, на нем ставится подсвечник с зажженной свечой из чистого воска (чтобы не давала копоти). Подсвечник берется тот самый, который ставится на жертвеннике пред Святыми Дарами.

Дискос с раздробленными частицами Святых Даров священник берет за края руками, ничем не обернутыми, поднимает и держит над зажженной свечой до тех пор, пока ощутит края дискоса достаточно нагретыми, но не настолько горячими, чтобы нельзя было держать. Тогда он ставит дискос на антиминсе (на воздухе), пока немного остынет. Потом опять подогревает дискос и опять отставляет, повторяя это до тех пор, пока не высохнут Св. Дары, конечно, при этом переворачивая их копием.

При подогревании дискоса снизу священник наблюдает, чтобы не подкоптить самого дискоса или его поддона (см. Тульск. епарх. ведом. 1874, № 5).

Источник: http://www.pravoslavie.ru/2298.html

Следующий! Откровения терапевта о больных и не очень пациентах

Предупреждение

В основе событий, описанных в этой книге, лежит опыт, который я приобрел за годы работы семейным врачом. По очевидным соображениям врачебной тайны и конфиденциальности я изменил ряд деталей и кое-что выдумал, тем не менее в книге достоверно отражены особенности жизни молодого британского врача. Вот так все и происходит на самом деле. И описанные случаи абсолютно реальны!

Каждый человек испытывает потребность в том, чтобы поделиться с другими историей своих страданий и боли, каждый нуждается в том, чтобы его выслушали. Я работаю семейным врачом, и одна из моих обязанностей заключается в том, чтобы выслушивать чужие истории. Иногда я прерываю их советами или вклиниваюсь с предложением лекарств, но чаще всего лишь пассивно слежу за событиями сериалов, каковыми являются человеческие жизни. На каждой консультации я наблюдаю, как раскрываются персонажи и разворачивается повествование. Некоторые пациенты склонны сильно преувеличивать мою роль в их жизни, однако на самом деле это роль третьего плана и к тому же без слов, которая совершенно не влияет ни на развитие сюжета, ни тем более на финал. И все же у меня есть уникальная возможность взглянуть на происходящее под особым, невероятно интересным углом. Работая врачом, я имею дело с очень личными, а порой и причудливыми аспектами человеческой жизни, и с учетом этого хотел бы поделиться с вами некоторыми случаями из своего опыта.

Вступление

Я люблю свою работу и ничуть не жалею, что решил стать сначала врачом, а затем – семейным врачом. Наоборот, я считаю, что мне повезло, ведь я решил, что хочу заняться медициной, уже в шестнадцать с небольшим – когда выбирал предметы для углубленного изучения в старших классах. Единственное, что удерживало меня от того, чтобы стать врачом, – необходимость прослушать курс химии повышенного уровня сложности. Других препятствий я не видел.

Что может быть лучше, чем расхаживать по больнице, в которой полно красивых медсестер, и «спасать жизни»? Люди сразу зауважали бы меня, и в конечном итоге это помогло бы мне обзавестись девушкой. Для меня – неуклюжего юнца с прыщавым лицом и жирными волосами – главным критерием при выборе профессии была возможность привлечь внимание противоположного пола. Нет, я понимал: в идеале, чтобы воплотить в жизнь мои плотские желания, нужно петь в рок-группе или играть за футбольную команду премьер-лиги, но, к сожалению, у меня не обнаружилось способностей ни к тому, ни к другому.

И в результате мой выбор закономерно пал на медицину. Я выбрал предметы для углубленного изучения в тот самый год, когда на экран вышла первая серия «Скорой помощи». В комнате каждой девушки висел постер с Джорджем Клуни в белом халате. Конечно же, я хотел стать врачом!

Мне хватило ума не написать в заявлении на поступление в университет, что я хочу стать врачом, чтобы спасать жизни и, как следствие, заниматься сексом с девушками.

Когда мой приятель Том поступал на педагогический факультет, он написал в заявлении, что хочет «помогать молодым людям развиваться и раскрывать свой потенциал». Проработав пять лет учителем в неблагополучном районе, он (как, собственно, и мы, медики) хочет другого – дожить до выходных без побоев и судебных тяжб.

Сейчас я занимаюсь общей практикой, но до этого – в соответствии с программой подготовки семейных врачей – несколько лет проработал в больнице. Пять лет я учился на медицинском факультете университета, после чего работал в разных больничных отделениях, набираясь опыта, необходимого, чтобы стать терапевтом. Я стажировался в отделениях хирургии, психиатрии, неотложной помощи, педиатрии, гинекологии, гериатрии и терапии. Кроме того, я ненадолго прерывал стажировку в Англии, чтобы три месяца поработать в Мозамбике. В целом больничная специфика мне нравилась, но я не сожалею, что стал в итоге семейным врачом.

Первый диагноз

По сей день с нежностью вспоминаю о первом поставленном мной диагнозе. Как и многие другие, последовавшие за ним, он оказался в корне ошибочным, но это не мешает ему занимать особое место в моем сердце. В свою защиту могу сказать, что я был тогда совсем мальчишкой, у которого еще молоко на губах не обсохло, – успел отучиться на первом курсе всего пару недель.

Перекусывая в Kentucky Fried Chicken, я увидел мужчину, без сознания развалившегося в пластиковом кресле. На меня нахлынула волна возбуждения. Вот оно! Вот мое призвание!

Переполненный энтузиазмом, юный и неопытный, я склонился над ним, твердо веря, что полученный сегодня утром на лекции багаж медицинских знаний (нам рассказывали о спонтанном пневмотораксе – именно этот диагноз я сразу же поставил своему «пациенту») обязательно поможет спасти этому человеку жизнь.

С самодовольным видом я сообщил о поставленном диагнозе менеджеру KFC и поручил ему вызвать «Скорую помощь». Тот, очевидно не впечатленный, вышел из-за прилавка, грубо приподнял мужчину за шкирку и вышвырнул его на улицу.

Мой самый первый в жизни пациент чудесным образом пришел в сознание, пробормотал несколько ругательств, ни к кому конкретно не обращаясь, и поплелся прочь. Умудренный опытом менеджер поставил посетителю верный диагноз «пьяный и спящий» и прописал ему выдворение за пределы своих владений.

Понятно, почему тем утром преподаватель решил рассказать нам, невинным студентам-медикам, о спонтанном пневмотораксе. Это замечательный пример заболевания, которое позволяет врачу ощутить собственную значимость. В остальном внешне здоровый человек теряет сознание из-за сдувшихся легких[1] 1

Одновременно с двух сторон пневмоторакс случается при боевой травме, если грудь пробита в нескольких местах, и случается крайне редко, а случившись, приводит к неминуемой смерти в течение 5–10 минут. – Прим. рец.

[Закрыть] , после чего сообразительный врач с помощью стетоскопа ставит диагноз и вводит иглу пациенту между ребер. С победоносным шипящим звуком легкие вновь наполняются воздухом, и пациенту тут же легчает. Преподаватель хотел объяснить, как работают легкие, и рассказать, какие проблемы с ними могут возникнуть. Кроме того, он хотел наглядно продемонстрировать, что врачи действительно способны исцелять людей.

В первые дни учебы я был убежден, что практически вся медицина будет столь же незамысловатой. Кому-то становится плохо, я выполняю эффектный трюк, и больному тут же становится лучше.

Забавно: как врач, я пока не сталкивался со спонтанным пневмотораксом, хотя это первое патологическое состояние, о котором я услышал в университете. Оглядываясь назад, я думаю, что гораздо полезней и актуальней было бы начать знакомство студентов с реалиями их будущей профессии с рассказа о том, как выдворить пьяного мужика из приемной.

«Давайте поприветствуем приглашенного лектора. У него многолетний опыт работы в круглосуточных ресторанах быстрого питания, и сегодня он прочитает вам лекцию о том, как подготовиться к карьере врача. Тщательно законспектируйте рассказ о том, как он мастерски вышвырнул пьянчугу из заведения, избежав при этом тумаков, а также попадания на одежду чужих физиологических жидкостей. Этот вопрос непременно будет на экзамене в конце года, так что слушайте внимательно».

Размышляя о том случае в KFC, я до сих пор помню, как шокировало меня ужасное (по крайней мере, так мне тогда показалось) обращение с бедным посетителем. Бессердечный поступок менеджера только укрепил мое желание стать великолепным врачом, чтобы исцелять таких вот несчастных людей, нуждающихся в помощи…

Очень быстро я сделал вывод, что у мужчины спонтанный пневмоторакс. Этот диагноз не был основан на клинических признаках и симптомах – просто с утра на лекции нам рассказывали именно о пневмотораксе, так что никакой другой вариант и не мог прийти мне в голову.

Прошло десять лет. Заканчивалась долгая смена в одном из беднейших районов города, и мой мозг был перегружен чужими мучениями, с которыми довелось столкнуться за день. Хронические боли, домашнее насилие, наркотическая зависимость, депрессия, причинение вреда самому себе и прочие несчастья были главной повесткой дня.

Много часов подряд я вникал в проблемы пациентов, вкладывая в работу всю душу. Но при этом я понимал, что о моем профессионализме будут судить не по тому, насколько хорошо я ставлю диагнозы или обращаюсь с больными, а по количеству достигнутых плановых показателей, которые недавно были введены очередной бессмысленной государственной директивой. Итак, под конец рабочего дня я читал газетную статью, где говорилось о том, что семейные врачи все как один охочие до денег лентяи, – и почти с радостью откликнулся на срочный звонок из регистратуры: администратор сообщила, что в приемной мужчина потерял сознание.

Вместо того чтобы помчаться на всех парах – ведь на кону человеческая жизнь! – я не спеша поднялся из удобнейшего кресла и поплелся в приемную. За последние десять лет от былого энтузиазма не осталось и следа – на смену ему пришло покорное смирение. И я не испытал ни малейшего удовлетворения от того, что на этот раз не ошибся с диагнозом.

В глубине души я надеялся обнаружить спонтанный пневмоторакс, чтобы героически вылечить попавшего в беду человека, но вместо этого наткнулся на пьяницу, вырубившегося прямо в детской игровой зоне. Используя опыт, накопленный за бесконечные пятничные и субботние дежурства в неотложке, я мастерски выпроводил подвергшегося интоксикации мужчину обратно на улицу[2] 2

Несмотря на опьянение, необходимо померить давление, выслушать дыхание и сердце, после чего дать стакан воды, а лучше сладкого чаю (спирт расщепляется водой). – Прим. рец.

Охваченный приступом ностальгии, я задумался: а что бы я в свои восемнадцать лет сказал о том человеке, каким в итоге стал? Захотел бы я вообще изучать медицину, зная наперед, как мало останется от юношеских надежд и оптимизма? Мне еще нет и тридцати, а я уже подозреваю, что работа врача ничуть не напоминает ту карьеру, которую я себе навоображал. Выставив пьяницу за дверь, я предложил ему прийти на прием утром следующего дня, когда он протрезвеет, чтобы провести детоксикацию организма.

– Я приду, док, – заверил он меня, засовывая в карман направление на прием.

Мы оба прекрасно знали, что он не явится на прием, но так у нас обоих появился хотя бы слабый проблеск надежды на то, что все изменится к лучшему.

Только не думайте, что этой книгой я пытаюсь вызвать у читателя сочувствие по поводу моих рухнувших надежд, и не делайте преждевременный вывод, будто я потерял сострадание и уважение к людям, рассчитывающим на мою помощь или совет. Скорее дело в том, что реальная работа семейного врача в неблагополучном районе сильно отличается от моих юношеских представлений о ней. Я больше не мечтаю о чудесных исцелениях и волшебных таблетках и уж точно перестал надеяться на возможность театрально воткнуть кому-нибудь иголку между ребер, чтобы вновь расправить съежившиеся легкие. Я признаю, что моя роль главным образом состоит в том, чтобы слушать и разделять боль, переживания и страдания сидящих передо мной людей. Я раздаю рекомендации и оказываю некоторую поддержку тем, кто в ней нуждается. Пожалуй, иногда мне и впрямь удается чуточку изменить жизнь пациента к лучшему. В этой книге я хотел бы искренне и в то же время непринужденно рассказать о том, какие радости, невзгоды и несуразицы поджидают современного семейного врача, являющегося частью Национальной службы здравоохранения Великобритании[3] 3

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  Андрогенная алопеция у женщин, мужчин: причины и развитие, лечение

Национальная служба здравоохранения Великобритании (далее также – НСЗ), созданная после окончания Второй мировой войны, объединяет все государственные медицинские учреждения страны и финансируется из общих налоговых поступлений в государственный бюджет. Ее услуги бесплатны для всех лиц, постоянно или временно проживающих на территории Великобритании, в том числе для иностранных туристов. – Прим. рец.

[Закрыть] . Надеюсь, вам понравится.

Я стал семейным врачом всего три года назад и искренне люблю свою работу. Мне нравится разнообразие, и я охотно знакомлюсь с новыми пациентами. Это нелегкий, но очень благодарный труд. Порой я даже ставлю диагнозы и лечу больных! Пока я работаю временным заместителем, то есть в случае необходимости заменяю штатных терапевтов в разных амбулаториях по всей стране. Периодически я дежурю и в отделении неотложной помощи. Где-то я работаю всего день, а где-то задерживаюсь на целый год, благодаря чему мне довелось детально узнать хорошую, плохую и уродливую стороны общей врачебной практики, работы с людьми и Национальной службы здравоохранения. Я люблю свою работу и убежден, что на свете мало найдется более интересных занятий. Надеюсь, прочтя эту книгу, вы со мной согласитесь, – а если и нет, то хотя бы поймете, что лечением кашля и простуды мои обязанности не ограничиваются.

Черствые пирожные миссис Пикок

Как и у родителей, у врачей не должно быть любимчиков, но я должен признаться, что питаю особую симпатию к миссис Пикок. Ей уже хорошо за восемьдесят, и в последние годы память сильно ее подводит. Почти каждую неделю у нее возникают те или иные проблемы со здоровьем, и она вызывает меня на дом. Но к тому времени, как я приезжаю, проблема исчезает сама собой либо миссис Пикок о ней забывает, и все, чем я занимаюсь, – это замена предохранителя в стиральной машине или поиск записной книжки, которая неизменно оказывается в холодильнике. Запивая чаем с молоком черствое кокосовое пирожное-безе, я размышляю о том, что, пожалуй, применяю свои медицинские навыки не самым эффективным образом. Я представляю себе, как были бы недовольны ворчливые налогоплательщики, если бы узнали, что, после того как им пришлось раскошелиться на четверть миллиона фунтов, потраченных на мое образование, теперь они платят мне приличную зарплату лишь для того, чтобы я неумело ковырялся в старой розетке, пытаясь понять, где в ней провод заземления.

Миссис Пикок больше нуждается в социальной поддержке, чем в лечении, так что, вернувшись в свой кабинет, я около получаса пытаюсь дозвониться в службу социальной помощи населению. Наконец там все же берут трубку и сообщают, что, поскольку у миссис Пикок деменция, она должна первым делом пройти психиатрическое обследование, и только потом ей смогут предложить какую-нибудь помощь. Штатный психиатр на длительном больничном из-за депрессии, а очередь на прием к врачу, который временно его заменяет, расписана на три месяца вперед. Мне также напоминают, что миссис Пикок придется сдать кучу дорогостоящих анализов, чтобы исключить органические причины потери памяти. Результаты анализов оказываются нормальными, но три месяца спустя миссис Пикок забывает прийти на прием к психиатру, и ее перемещают в самый конец очереди.

Пускай и не по своей вине, миссис Пикок обходится Национальной службе здравоохранения в небольшое состояние. Рентген сердца, анализы крови, больничные обследования – все это стоит денег, да и услуги семейных врачей нельзя назвать дешевыми. У миссис Пикок действительно слабовыраженная деменция, но в первую очередь ей попросту одиноко. Ей нужно, чтобы время от времени кто-нибудь заглядывал к ней на чашечку чая и напоминал, что надо бы покормить ее многострадального кота. Очевидно, служба социальной помощи пока не оказывает подобных услуг, так что я продолжаю навещать миссис Пикок. И лишь когда кокосовые пирожные черствеют настолько, что даже голодный кот не стал бы их есть, я вновь задумываюсь о том, чтобы добиться от социальной службы хоть какой-то помощи для пациентки.

Под термином «представленные жалобы» мы понимаем жалобы, с которыми к нам пришел пациент. То есть речь идет именно о словах пациента, а не о поставленном нами диагнозе.

Обычно терапевт имеет дело с такими представленными жалобами, как «боли в спине», «ушная боль» или «бессонница». Однако у Элейн Тиббс представленные жалобы были совсем другого рода. Когда я сказал: «Здравствуйте, миссис Тиббс. Чем я могу вам помочь?» – она ответила: «У меня порнографические сны с участием Тома Джонса». Это ее слова, не мои.

Для самых распространенных жалоб у большинства врачей заранее заготовлен список уточняющих вопросов, которые нужно обязательно задать пациенту. Например, если пациентка скажет: «У меня болит живот», то я спрошу: «Где именно и как долго?», а также: «Были ли у вас необычные выделения из влагалища?» Но услышав жалобу на порнографические сны с участием Тома Джонса, я оказался в полном замешательстве и не знал, что спросить.

В случае с сексуальными фантазиями пациентки я меньше всего на свете хотел знать, где именно, как долго и были ли у нее выделения из влагалища. К сожалению, я не успел сообщить об этом Элейн до того, как она описала мне свои сны в мельчайших подробностях.

Я редко теряю дар речи после первых же фраз пациента, но некоторым удается поставить меня в тупик буквально одним предложением. Вот список моих любимых высказываний.

• «Когда я съедаю слишком много рисовых крекеров, то моя моча начинает пахнуть рисовыми крекерами».

• «Я мастурбирую по десять-пятнадцать раз в день. Что мне делать?»

• «Сегодня утром я съел четыре шоколадных пасхальных яйца, и теперь мне плохо».

• «Мой муж не удовлетворяет меня в постели».

• «Сегодня утром в церкви я почувствовал на себе силу Господню».

• «Мне кажется, в мое влагалище вселился злой дух».

Элейн – классический представитель той категории пациентов, с которой терапевты сталкиваются с завидной регулярностью. Она была странной и эксцентричной, но уж точно не умалишенной; возможно, чуточку помешанной и склонной к бредовым фантазиям, но фактически она не причиняла вреда ни себе, ни другим. Судя по всему, она не работала, но вполне могла о себе позаботиться. И кстати, она даже не подозревала, что кажется окружающим слегка чокнутой. Более того, это всех остальных она считала людьми со странностями: только она да Томас Джонс и были нормальными в ее мире. Просматривая историю болезни Элейн, я обратил внимание, что несколько лет назад она побывала на приеме у психиатра. Тот пришел к заключению, что у пациентки отмечаются некоторые анормальные и навязчивые индивидуальные особенности личности при отсутствии выраженного психоза. В переводе с языка психиатров это означает «немного с прибабахом, но совершенно безобидная».

– Он на самом деле любит меня, доктор. Если бы мы встретились, он сразу бы это понял. Мы созданы друг для друга.

– Разве Том Джонс не состоит в счастливом браке и не живет в США?

– Нет-нет-нет! Он любит меня, доктор.

Элейн с радостью пересказывала бы мне свои фантазии до самого вечера, но я понимал, что это не дело и нужно что-то предпринять. Я использовал классическую фразу, к которой семейные врачи прибегают, когда чувствуют, что топчутся на месте.

– Итак, Элейн, каких именно действий вы ждете от меня сегодня?

– Доктор, я хочу, чтобы вы написали Тому письмо. Будет лучше, если он получит его от вас. Он ведь тоже врач. Конечно, не настоящий врач, но я уверена, что из него вышел бы отменный врач, реши он им стать. Он очень добрый и просто красавец. Я уверена, что если вы ему все объясните, то он поймет. Я знаю, что он поймет.

По сути, Элейн просила меня заняться преследованием Тома Джонса от ее имени. Я живо представил это письмо.

Пожалуйста, покиньте свою жену, семью и особняк в Лос-Анджелесе и переезжайте в небольшую квартирку к странноватой женщине с всклокоченными волосами и в байковом пальто, которое она носит с 1983 года. Это немного облегчит мне жизнь, так как она перестанет приходить на прием и в подробностях описывать вашу воображаемую половую жизнь.

С наилучшими пожеланиями,

Преследование определяется как «совокупность действий, в ходе которых один человек вмешивается в жизнь другого человека и связывается с ним против его воли». Элейн, наверное, с удовольствием занялась бы преследованием Тома Джонса, но не думаю, что она на это способна. Она не умела взаимодействовать с людьми в повседневной жизни и поэтому всю энергию сосредоточила на воображаемых отношениях с человеком, которого никогда не встречала. Полагаю, это эффективный способ защитить себя от сложностей и возможных неудач в реальных отношениях. И все же, какой бы ни была психологическая подоплека ее фантазий, я больше никогда не смогу спокойно слушать песню It’s Not Unusual[4] 4

Известная песня (It’s Not Unusual – «Это нормально» (не редкость – досл.)) в исполнении Тома Джонса. – Прим. пер.

Плановые показатели

Люси, менеджер амбулатории, просунула голову в дверь.

– Вам нужно заехать к миссис Такер. Она почувствовала внезапное покалывание в ноге и упала. Может, удастся диагностировать у нее инсульт?

На дворе январь, а к апрелю мы должны отчитаться по плановым показателям так называемой системы качества и результатов (СКР).

Государство требует от нас направлять каждого пациента с инсультом к кардиологу, за что мы получаем пять баллов! Если же ни одного инсульта нет, мы упускаем баллы вместе с полагающимися за них деньгами. Чем больше баллов СКР заработает амбулатория, тем больше денег получат штатные врачи. А если удастся набрать максимальное количество баллов, менеджер также получит свою долю в виде пасхальной премии. В мире врачей общей практики баллы превращаются в настоящие призы.

Некоторые из моих старших коллег ненавидят нормативы по болезням. Им кажется, будто тем самым их лишили возможности самостоятельно принимать клинические решения и добросовестно выполнять врачебные обязанности. Я же не имею ничего против этих нормативов. В Англии инсульты лечатся из рук вон плохо, и ряд надежных исследований показал, что можно значительно снизить риск повторного инсульта у человека, ранее перенесшего инсульт или микроинсульт, если семейный врач возьмет у такого пациента анализ крови на холестерин, измерит давление и направит его к кардиологу.

За последние девять месяцев ни у одного из наших пациентов не было инсульта. Казалось бы, чем не повод порадоваться, но Люси недовольна. Если до апреля ни у кого так и не случится инсульта, мы не выполним плановый показатель по инсультам.

Миссис Такер девяносто шесть, и живет она в расположенном неподалеку доме престарелых. У нее ярко выраженная старческая деменция: она даже не помнит собственного имени. Совершенно дезориентированная, она бродит по дому, то и дело спотыкаясь. Сегодня она опять упала и, возможно, перенесла микроинсульт. Но с тем же успехом она могла случайно отпустить ходунки или поскользнуться на раздавленной карамельке. Когда я приехал, сознание уже вернулось к ней, и здравый смысл подсказывал мне, что этой даме не пойдут на пользу многочисленные анализы и лекарства, которые в долгосрочной перспективе, пожалуй, лишь усилят дезориентацию и повысят вероятность повторного падения.

Источник: http://bookz.ru/authors/bendjamin-deniels/sleduu6i_929/1-sleduu6i_929.html

Если близкий тяжело болен

Тяжелая болезнь становится испытанием и для больного, и для его семьи. Как смириться и принять ситуацию, как найти силы, чтобы бороться за выздоровление, как не потерять веру и как ее обрести. Обо всем этом мы беседуем с психологом православного кризисного центра Инной Мирзоевой.

Когда наш близкий переживает тяжелые страдания, гораздо более сильные, чем мы сами когда-либо испытывали, бывает трудно подобрать нужные слова и темы для разговора с ним. Возникает вопрос, как правильно выразить свое сочувствие.

Ответ прост. Самое главное – искренность, любовь и внимание. Часто достаточно быть рядом, держать за руку, и слова-то при этом никакие не нужны. Иногда мы боимся расстроить больного – стараемся перевести разговор на посторонние темы. Митрополит Антоний Сурожский писал, что эти разговоры опустошительны, потому что являются ширмой для того, чтобы нам самим защититься от тревоги. Но, в то же время, мы защищаемся и от истинности, и от правдивости. А для больного человека это очень опасно, так как суесловие уводит его от реальности и лишает сил бороться с болезнью.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  Ангиокератома Фордайса (мошонки) или другое название вульвы

Посещая больных в первом московском хосписе, который был создан по благословению владыки Антония, я прочитала созданную им инструкцию по общению с больными. В ней есть такие слова:

«Человеку, который ухаживает за тяжело больным важно научиться быть похожим на музыкальную струну, которая сама по себе не издает звука, но после прикосновения пальца начинает звучать». На этом основаны все человеческие отношения. Речь о том, что нужные слова всегда находятся в процессе общения. Самое главное, чтобы человек, который рядом, просто чувствовал наше искреннее сочувствие. Если оно у нас есть, то мы все скажем правильно. Надо уходить от пустых слов.

Бывает, что своими действиями мы поощряем жалость больного к себе. Как избежать этого?

Прежде всего, необходимо проявлять предельное внимание к состоянию больного. Приведу пример. Ко мне обратилась пожилая женщина, проходящая химиотерапию. У нее уже четвертая стадия рака. Состояние тяжелое, но она привыкла за собой ухаживать. Для нее покой, лежание в постели равносильно смерти. И она плачет, потому что сестра ограждает ее от всех забот. Сестра заставляет больную лежать и не дает ничего делать. Это ужасная ситуация. Жалость и гиперопека не продуктивны. Нужна любовь и партнерские отношения. У каждого есть свои внутренние ресурсы. Благодаря этим ресурсам человек борется. А если вы возьмете на себя все обязанности и всю ответственность – вы лишите его возможности действовать самостоятельно, лишите сил бороться. Если посмотреть правде в глаза, то родственники, которые слишком опекают больного, больше думают о себе – как бы сделать все быстрее, чтобы поменьше было хлопот. А нужно думать о человеке больном – как ему лучше.

Есть и другая крайность. Бывает, что тяжело больной человек проходит через стадию отрицания болезни. Он старается не замечать, что его физическое состояние изменилось, живет прежней жизнью, взваливая на себя прежние заботы. А помощь-то нужна! И у меня на глазах разворачивалось много трагедий связанных с этим. Человек пережил тяжелейшее лечение, ослабел, но он через силу встает, проходит несколько шагов и падает в обморок. А родных нет рядом… потому что сам больной вовремя не попросил о помощи. В такой ситуации родственникам нужно самим быть очень внимательными, нужно анализировать, делать свои выводы и вовремя помочь.

А если человек стесняется принимать помощь даже от самых близких людей?

Действительно есть много людей, которые с трудом принимают помощь. Они привыкли сами быть покровителями. В психологии существует такое понятие – конгруэнтность. Это когда наши чувства и поведение совпадают. Если мы будем конгруэнтны, искренни, то человек все-таки примет нашу помощь. Любая фальшь чувствуется. Если вы действительно искренне хотите помочь, вряд ли ваша помощь будет отвергнута.

Страдающим физически людям свойственны перемены настроения, которые близким сложно понять.

Нужно знать, что тяжело больной переживает несколько стадий в своем психологическом состоянии. Эти этапы – шок, агрессия, депрессия и принятие болезни – очень хорошо описаны у Андрея Владимировича Гнездилова, психотерапевта, основателя хосписа в Петербурге. Последовательность стадий может быть разной. Кто-то из больных может избежать агрессии, а кто-то так и не принять свою болезнь. Но в целом смена этих психологических состояний очень характерна.

Самая опасная – стадия шока. В этом состоянии возможны суициды. И больному необходимы особое внимание и поддержка. На стадии агрессии человек изливает свои чувства. И, если мы находимся рядом, надо дать возможность вылить эти чувства. Потому что больному нельзя держать их в себе. Иначе агрессия может вылиться в аутоагрессию, разрушительное состояние. Я понимаю, что родственникам тяжело. Но нужно осознавать, что больному пережить это необходимо, и проявить сочувствие и понимание.

Часто, родственники начинают бить тревогу, когда больного одолевает депрессия. Но нужно помнить, что не всегда депрессию следует забивать лекарствами. Боль надо пережить, потому что через страдание искупается вина, через страдания человек может прийти к Богу. Когда начавшуюся депрессию «забивают» с помощью антидепрессантов, возможны патологические изменения личности. Если человек не переживет депрессию, он может не прийти к осознанию своего истинного состояния, у него не будет сил, чтобы бороться.

Лучше найти квалифицированного психиатра или клинического психолога, который поможет правильно пережить все стадии болезни.

Можно ли дать рекомендации, тому, кто ухаживает за больным, как самому удержаться от срывов?

Очень часто больные жалуются: сначала родственник с головой окунается в мои проблемы, буквально все заботы взваливает на себя. А потом перенапрягается, силы иссякают. В результате больной остается совсем без внимания. Нужно помнить, что, конечно же, если близкий заболел, от нас потребуется, много терпения и труда, но забота должна быть разумной. Нужно, чтобы человек видел, что мы заботимся о нем с любовью и радостью.

И пережить болезнь близкого мы можем только с Божьей помощью. Нужно больше обращаться к Богу.

Часто православные близкие нецерковного больного человека очень хотят, чтобы он принял таинства исповеди, причастия, соборования, а сам человек не готов к этому. Какую линию поведения лучше избрать в этом случае?

Нам нужно молиться за этого человека. Об этом прекрасно сказал Антоний Сурожский: «Навязывание Бога в смертный час человеку, когда тот от Бога отрекается, это просто жестоко. Если говорит, что не верит в Бога, то можно сказать: «Ты не веришь, а я верю. Я буду с моим Богом говорить, а ты послушай, как мы друг с другом разговариваем».

Если человек готов к диалогу о вере, то можно бережно рассказывать ему о своем опыте. Потом мы предлагали нашим пациентам книги, диски. И на моем опыте через книги, в том числе современных авторов, люди приходили к вере.

Несколько лет назад к нам обратился мужчина, долгое время занимавшийся йогой. Заболев, он пережил тяжелую депрессию. Это был высоко образованный и умный человек, который в своем духовном поиске зашел в тупик. Болезнь привела к вере. Это произошло буквально на моих глазах. Он попросил познакомить его со священником, общался, читал. В какой-то момент понял, что вел за собой людей по ложному пути. Собрал своих учеников и объявил им об этом. А перед смертью принял монашество.

В сложной ситуации человеку свойственно уповать на чудо. Среди ваших пациентов были люди, которым вера помогла исцелиться?

Хочу сказать, что чудеса действительно происходят и людям нужно об этом говорить. Но надо помнить, что на все Божий промысел. Я сталкивалась со случаями, которые иначе как чудесными не назовешь. Однажды к нам пришла молодая женщина в тяжелой депрессии – ее с маленьким ребенком оставил муж. Она привела на прием свою тетю, самого близкого человека. У тети раковая опухоль – меланома. Врачи подтвердили диагноз, операция была назначена на понедельник. В субботу мы пошли в храм. Она там исповедалась, причастилась. Долго стояла у иконы, молилась. Вечером мне звонит мой коллега и сообщает: «Они говорят, что опухоль уменьшается». Мы не поверили. Но оказалось, что это действительно так. Врачи никак не смогли объяснить происшедшее. Женщина эта, Слава Богу, сейчас жива. Она нам постоянно звонит, благодарит, но мы говорим, что благодарить нужно не нас. Она сказала, что в тот день молилась в отчаянии. Говорила, что даже не для себя просила: «Дай мне Господь немного пожить, чтобы поддержать племянницу». Болезнь не возвращалась.

Еще один случай. Мужчину с раком почки привезли на операцию, а опухоли нет. Профессор ругался, подозревал, что перепутали больных. А в разговоре с женой выяснилось, что прямо перед операцией приходил священник и его окрестил.

Исцеления происходят. Каждый из нас, работающих с тяжело больными людьми, может их вспомнить. Православный человек, если он заболел, должен получать благословение, лечиться, общаться с духовником, молиться, причащаться. Верить – это самое главное. Без этого очень трудно.

Источник: http://www.pravmir.ru/esli-blizkij-tyazhelo-bolen/

Откровения неизлечимо больных пациентов: О чём они сожалеют

В последние минуты к нам всем придет осознание чего-то важного. Наверное, многие так думают. Но почему мы не можем исправить что-то сейчас? Почему ждем конкретного момента, который, возможно, никогда не наступит?

Эти философские вопросы, безусловно, дают повод для размышлений. Поэтому Интересно Знать приводит откровения неизлечимо больных пациентов.

Не превращайте всё в драму. Сокрушаться по любому поводу может войти в привычку, а это не имеет никакого смысла. Не упивайтесь раздражением по поводу того, как плох был сегодня ваш день.

Слишком много беспокойства не сделает вашу жизнь лучше. Беспокоиться, особенно о вещах, которые ещё не произошли, бесполезно и бессмысленно.

Находите время, чтобы заводить больше новых знакомств и поддерживайте полезные связи. Это хорошая привычка для построения карьеры в долгосрочной перспективе.

Не цепляйтесь за отжившие отношения, пусть всё идёт своим чередом. Иногда людям становится не по пути друг с другом. Принуждение к продолжению отношений, скорее, принесёт больше вреда, чем пользы.

Жалею, что был не в состоянии закончить то, что начинал. Каждый новый день даёт нам тысячи возможностей, которые нельзя упускать.

Мне жаль, что я не научился хорошо готовить. Удивительно, но это становится поводом чаще собираться вместе с семьёй и друзьями.

Жалею, что я так много работал. Поступая так, мы можем пропустить лучшие моменты в своей жизни или будем слишком загружены, чтобы по-настоящему насладиться ими.

Жалею, что упустил возможность поговорить с родителями, прежде чем они ушли из жизни. Нужно понимать, что родители не будут вечно рядом, однако их знания и опыт могут во многом помочь.

Не упускайте шанса заняться волонтёрской деятельностью. Существует множество причин, чтобы бескорыстно помогать людям, особенно когда они в этом нуждаются.

Отстаивайте свою позицию. Даже если другие люди не соглашаются с вами, это вовсе не повод отказываться от своих убеждений.

Не таите обид, особенно на тех, кого любите. Лучше отпустите обиды, вместо того, чтобы зацикливаться на них.

Не бойтесь принимать решения, иначе, в конечном итоге, вы будете жалеть о бесполезно потраченном времени.

Не изменяйте своей мечте в угоду чужим желаниям. Быть хорошим для других – это одно дело, но не стоит жертвовать своим счастьем.

Не стоит слишком переживать о том, что подумают другие люди. Когда вы становитесь старше, то начинаете понимать, что мнения окружающих не влияют на ваше истинное счастье.

Жалею, что боялся произнести фразу «я тебя люблю». Любить другого человека – это бесценный дар, даже если эта любовь не взаимна.

Жалею, что не понимала, насколько я хороша собой. Существует множество определений красоты, и вы не должны думать, что недостойны чьего-либо внимания.

Жалею, что не бросил ненавистную работу. Конечно, работать там приходилось, чтобы обеспечивать семью и выплачивать ипотеку, но нельзя каждый день чувствовать себя несчастным.

Не позволяйте, чтобы вам навязывали модель поведения, который от вас ожидает общество. Вы сами должны решить, кем вам быть, иначе общество решит это за вас.

Жалею, что не выучил иностранный язык. Вероятно, на это могли бы уйти годы, но данное умение может оказаться очень полезным.

Жалею, что никогда не выступал перед публикой. Конечно, это может не стать вашим истинным призванием, но попытка совершить подобное хотя бы раз в жизни является важным жизненным опытом.

Жалею, что не был благодарным. Научитесь говорить спасибо и ценить благодарность, и вы заметите, как ваша жизнь улучшится.

Путешествуйте при любой возможности пока вы молоды. Чем старше вы становитесь, тем труднее найти для этого время, ведь всё больше людей будут зависеть от вашего присутствия.

Пусть физическая активность станет для всех приоритетом. Когда вы станете старше, то поймёте, как важно заботиться о здоровье своего тела.

Уделяйте больше времени родным и близким. Все мы приходим в этот мир на ограниченное количество лет, не принимайте это как должное.

Источник: http://interesnoznat.com/interesno/otkroveniya-neizlechimo-bolnyx-pacientov-o-chyom-oni-sozhaleyut.html

Ссылка на основную публикацию